Шпиль Главного Адмиралтейства.
Из проекта реставрации
Кораблик на шпиле башни Главного Адмиралтейства — один из главных символов Санкт-Петербурга. Считается, что его прообразом являлся любимый военный корабль Петра Великого — парусный линейный корабль «Ингерманланд».
В 1732 году по указу Анны Иоанновны было разобрано первое петровское мазанковое Адмиралтейство. На его месте было возведено каменное, но до наших дней оно не дошло. Российский архитектор Иван Кузьмич Коробов выстроил на его месте уже новое каменное здание Адмиралтейства. Именно ему пришла в голову идея выстроить над воротами центральную башню с позолоченным шпилем, увенчанным яблоком, короной и флюгером в виде трёхмачтового корабля. Под башней был подвешен колокол весом в 60 пудов, объявлявший время и дававший сигнал бедствия в случае наводнений или пожаров.
Адмиралтейская башня играла и большую градостроительную роль — от неё отходили своеобразными лучами три «першпективы»: Большая перспективная дорога (Невский проспект), Вознесенская перспектива (Вознесенский проспект) и Средняя перспектива (Гороховая улица). Эти три направления появились спонтанно ещё в петровские времена.
В начале 19 века возникла необходимость изменить внешний облик здания, чтобы оно смотрелось более гармонично с находящимся поблизости Зимним дворцом и другими великолепными архитектурными ансамблями. Оттолкнувшись от темы могущества русского флота, архитектор Андреян Дмитриевич Захаров полностью перестроил Адмиралтейство, оставив только центральную башню, увенчанную золотым шпицем. Высота башни составляет 72 метра, из которых 23 метра приходится на шпиль.
Первые реставрационные работы в здании начали проводиться в 1928 году. В ЦГАНТД СПб имеются на хранении документы и переписка, касающиеся проекта реставрации, а также разрез «шпица Главного Адмиралтейства». Они свидетельствуют о том, что Шпиль находился в «грозящем общественной безопасности» состоянии. «В нижнем помещении деревянной конструкции башни, являющейся и основанием конструкции шпиля, наблюдается значительный застой воздуха и сырости». «По показаниям представителей ЛВП большинство стоек загнило». «В покрытии купольной части башни имеются наружные пулевые отверстия, что позволяет допустить наличие таковых и в покрытии шпиля». «Состояние конструкции шпиля, недоступной осмотру изнутри, может быть проверено лишь при устройстве лесов и вскрытии покрытия шпиля в возможно повреждённых местах его, что необходимо сделать ввиду наличия выпучивания ребра шпиля». При ветре в 11 баллов могла даже произойти катастрофа, так как строительная леса были установлены неверно.
Ориентировочная смета на восстановление деревянной башни и шпиля, фасада башни составляла «в округлённой сумме около 17 тыс. руб. с устройством лесов».
Военно-морское Ведомство отказалось заниматься укреплением Шпиля, так как не имело квалифицированных специалистов, поэтому за дело взялась Ленинградская государственная реставрационная мастерская Главнауки, хотя это не входило в круг её обязанностей. Сам памятник находился в ведении Управления Ленинградского военно-морского порта и госохраной Шпиля должно было заниматься оно. Эта ситуация породила случаи конфликтов между ведомствами. Случай с жалобой на клевету в «Красной газете» иллюстрирует эти обстоятельства.
ЦГАНТД СПб. Ф.Р-192. Оп.3-1. Д.3368. Л.80
ЦГАНТД СПб. Ф.Р-192. Оп.3-1. Д.3368. Л.80
ЦГАНТД СПб. Ф.Р-192. Оп.3-1. Д.3368. Л.30
ЦГАНТД СПб. Ф.Р-192. Оп.3-1. Д.3368. Л.30
ЦГАНТД СПб. Ф.Р-192. Оп.3-1. Д.9396. Л.17-фрагмент
ЦГАНТД СПб. Ф.Р-192. Оп.3-1. Д.9396. Л.17-фрагмент
ЦГАНТД СПб. Ф.Р-192. Оп.3-1. Д.9396. Л.20
ЦГАНТД СПб. Ф.Р-192. Оп.3-1. Д.9396. Л.20
ЦГАНТД СПб. Ф.Р-192. Оп.3-1. Д.9396. Л.21
ЦГАНТД СПб. Ф.Р-192. Оп.3-1. Д.9396. Л.21
ЦГАНТД СПб. Ф.Р-192. Оп.3-1. Д.9396. Л.21об.
ЦГАНТД СПб. Ф.Р-192. Оп.3-1. Д.9396. Л.21об.
ЦГАНТД СПб. Ф.Р-192. Оп.3-1. Д.9396. Л.22
ЦГАНТД СПб. Ф.Р-192. Оп.3-1. Д.9396. Л.22