Беспризорность и безнадзорность в России. История и современность

Научно-практическая конференция (28 октября 2008 года)

null Дети блокадного Ленинграда: проблемы спасения и защиты

Белозёров Б.П.,

д.и.н., к.ю.н.,

профессор Санкт-Петербургской Академии управления и экономики

 

Война – есть  трагедия для народов воюющих государств. Она вдвойне, втройне трагичнее для той страны, которая подверглась агрессии. Агрессор всегда целью своего нападения ставит одно: разрушить военный  и экономический потенциал и главное, как модно больше уничтожить население, и прежде всего женщин и детей. В этом враг видит свою главную цель- уничтожения генофонда. Это убедительно подтверждается грузинской агрессией на юго- осетинский народ в августе 2008 г. Грузинские вояки в первую очередь убивали молодых женщин и детей, превращая земли в пустынное поле.

Обращаясь к исторической давности событий Великой Отечественной войны 1941-1945 гг., можно с уверенностью заявить, что гитлеровская германия, её политические  и военные вожди в своём «походе на восток» основной целью ставили уничтожение советского народа. Это была истребительная политика против народов СССР и она полно излагалась в самом плане похода на Восток. «… Мы должны – заявил тогда Гитлер,- развивать технику обезлюживания. Если вы спросите меня, что я понимаю под обезлюживанием, я скажу, что имею ввиду устранение целых расовых единиц…»[1]. Эта идея явно владела мыслями Гитлера, по крайней мере, он повторял её снова и снова. «Перед  нами стоит только одна задача - осуществить германизацию путём ввода немцев, а  с коренным населением   обойтись, как с индейцами… Нам придётся прочёсывать территорию, квадратный километр за квадратным километром, и постоянно вешать! Это будет настоящая индейская война…»[2]. Первоначально планировалось уничтожить 30 миллионов  славянских граждан. Но это была не окончательная цифра. Предполагалось уничтожить одну треть  советского населения. Для этого был создан массовый аппарат уничтожения со своими приёмами по ликвидации военнопленных, жителей оккупированных городов, сёл и деревень. Массовому уничтожению подлежали, прежде всего, славяне и евреи, взрослые и дети.

С первых же дней войны стало очевидным, что фашистская Германия стремится уничтожить советский народ,  и понимание этого определяло политику нашего государства по спасению населения и, прежде всего детей, особенно Ленинграда. Спасение их являлось первоочередной задачей советских и партийных органов города. В конце июня 1941 г. была создана и приступила к работе городская комиссия по эвакуации. 29 июня исполком Ленгорсовета принимает решение «О вывозе детей из Ленинграда в Ленинградскую и Ярославскую области»3. Предполагалось вывести около 400 тыс. детей. Председатель исполкома Леноблсовета Соловьёв Н.В.           28 июня 1941 г. в своей телеграмме председателям райсоветов указал: « Немедленно приступите к организации размещения детей. Подготовьте помещения всех школ, клубов, изб-читален, красных уголков и других общественных организаций.  Используйте все свободные частные дома, так же за счёт уплотнения колхозников, служащих… примите все меры к организации питания…»4.

Для приёма детей в райсоветах создавались комиссии в составе: заведующего районным отделом народного образования, заведующего райздравотделом и  секретаря РК ВЛКСМ. С 29 июня по 6 июля 1941 г. в 17 районов области было вывезено 163 811 человек5. Наибольшее количество детей было вывезено в Тихвин (12237), Пестово (15762), Мошенский сельсовет (13980), Любытино (11003), Малая Вишера (10711) и т.д. По данным Ленгороно в Ленинградскую область  вывезли 166403 ребёнка, в том числе ясельного возраста 18673, дошкольников – 58957, школьников- 88772   6. К сожалению, отсутствие достоверной информации о положении на фронте своевременного распознавания замысла врага привело к серьёзным просчётам в определении места эвакуации детей. Уже в эти дни над некоторыми районами Ленинградской области нависла угроза захвата их наступающими немецко - фашистскими войсками,  а эвакуация туда детей продолжалась до 2 июля. Вражеская авиация уже бомбила железные дороги, связывавшие Ленинград со страной. Под бомбёжки попадали и эшелоны с детьми. В связи с этим эвакуация в районы Ленинградской области была прекращена, а городская комиссия спешно приступила к реэвакуации детей в безопасные районы.  Однако беспокойство  родителей за своих детей привело к тому, что они спешно поехали за ними. Скопление большой массы людей на железнодорожных платформах привлекало внимание немецких лётчиков и они своими налётами разрушали пристанционные пути, бомбили вагоны при погрузке детей на ст. Лычкова. Так, только 18 июля 1941 г. были убиты 41 человек, в том числе 27 детей и ранены 29 человек, в том числе 21 ребёнок7.

На протяжении всех блокадных лет с повестки дня не снимался вопрос об эвакуации детей.  Оргбюро ЦК ВКП (б) своим постановлением от 22 августах 1941 г. «О детях, эвакуированных из Москвы и Ленинграда» указало, что «… для эвакуированных детей до сих пор не созданы нормальные бытовые условия и не обеспечено их надлежащее медицинское обслуживание» и потребовало от обкомовов, крайкомов  и ЦК компартий союзных республик, наркомипроссов республик и наркомздрава СССР принять все необходимые меры для создания нормальных условий жизни эвакуированных детей8.

Осознавая всю сложность Ленинграда, находящего в блокаде, массированные артиллерийские обстрелы и возможность попыток врага сломить сопротивление защитников города, Военный совет Ленинградского фронта неоднократно принимал постановления об ускорении эвакуации населения в значительном количестве с тем, чтобы в городе оставалось как можно меньше нетрудоспособного и тем более детского населения. Так, Военный совет фронта своим постановлением от 6 декабря 1941 г. обязал эвакуационную комиссию (т. Попков) с 10 декабря 1941 г. начать эвакуацию населения из Ленинграда по трассе Ваганова - ст. Заборье и довести число вывозимых людей к 20 декабря до 5 000 в сутки. Начальник тыла фронта, генерал- майор Лагунов Ф.Н. обязывался движение автотранспорта производить по твёрдому графику, обеспечив перевалочные и питательные пункты: первые – в Ваганове, Ерёминой горе и Заборье; вторые- в Когоне, Сясьстрое, Паше и Радовоще.  Все взрослые получали в сутки хлеба- 400г., а дети так же получали по 400 г. хлеба и два раза в сутки горячее блюдо (суп, щи). Эвакуация детей из Ленинграда продолжалась в течение всех лет блокады. Дети эвакуировались в разные регионы большой страны. Десять тысяч   детей из Ленинграда и Минска были эвакуированы в приволжский город Хвалынск Саратовской области. Здесь их приняли несколько детских домов и баз отдыха, создавая уют и уделяя внимание. Воспитатели и учителя К.Н. Малявская, В.П. Торопов, В.М. Белозёрова, А.А. Спирина, С.М. Щеглова, М.П. Кузнецова и многие другие делали всё, чтобы помочь юным душам пережить свои беды, побороть одиночество, подготовить их к жизни. И многие их них достигли в последующем значительных вершин, став учёными, врачами, учителями, юристами9.

Эвакуация в первый труднейший блокадный год проводилась с использованием всех возможных средств: железной дорогой, водным транспортом, Ледовой дороги через Ладожское озеро, авиацией, походным (пешим порядком,  как правило не организовано). В период с 29 июня 1941 г. по 15 апреля 1942 г. было эвакуировано всего – 1295100 человек10. Половину эвакуированных составляли дети и учащиеся ремесленных училищ. На маршрутах следования работали специальные детские приёмники, которые подбирали беспризорных детей и в последствии отправляли их в места назначения. Несмотря на значительный вывоз населения, в Ленинграде продолжали  оставаться почти 1 млн. человек, в том числе более 150 тыс. детей в возрасте до 15 лет. В 26 районах области находилось 446354 человека, в том числе  более 208 тыс. детей11.

С явной угрозой попытки германский войск прорвать оборону Ленинград на южном направлении руководство защитой города предпринимало необходимые меры к срыву этих замыслов. В первую очередь это касалось создания внутренней линии обороны вдоль Обводного канала с установлением здесь баррикад, дотов и уличных заграждений, с оборудованием траншей и противотанковых рвов, с размещением здесь огневых средств. Во-вторых, было важно освободить Кировский и Московский районы от проживающего здесь населения. В период боевых действий оно подверглось бы артиллерийскому обстрелу и понесло большие потери.

Данное решение преследовало и другую важную цель: компактно сосредоточить население в районах, не связанных непосредственно с линией фронта и где имелось большие возможности оказания материальной и медицинской помощи.  К сожалению, матерям и детям на новых местах пришлось  испытывать серьезные трудности. Положение матерей в связи с голодом в Ленинграде, являлось особенно тяжёлым. На них лежало бремя - сохранение своих детей. Те, кто работал на производстве и получал рабочую карточку - какие- то крохи «отщипывал» детям. А те, кто не работал, являлись иждивенцами - умирал сам, а затем и дети.

Продовольственное положение в городе  продолжало оставаться чрезвычайно сложным. Уже 4 декабря 1941 года в докладной записке заведующего Свердловским райздравоотделом  Л. Корсаковым  в Ленгорздрав указывалось, что «в амбулаторных учреждениях, а также в стационарах  района  встречаются больные с явлениями общей слабости, наличием отёков лица и конечностей и даже истощение в разной степени, по- видимому, не почве недостаточного питания и усиленной работы»12.

Обстановка требовала принятия незамедлительных мер. 29 декабря 1941 г. горисполком принял решение  о создании стационарных лечебно- питательных пунктов. Тогда планировалось организовать городской стационар на 400 коек, районный- по 200-300 коек и на 17 крупнейших заводах- 1380 коек. 30декабря горисполком утвердил нормы питания ( в том числе хлебный паёк- 350 гр.), а 8 января 1942 г. постановил на базе госпиталя № 108 организовать городской стационар  повышенного типа13.

7 февраля 1942 г. Военный совет Ленинградского фронта ввёл новые, повышенные нормы продовольственного снабжения для детских учреждений. Для домов малюток и интернатных групп детских яслей: мясо- 1 кг, жиры- 0,87 кг, яйцо- 15 шт., сахар- 1,2 кг, чай- 10гр., кофе- 50 гр., крупа и макароны- 1,5 кг, хлеб печёный- 7,5 кг, мука пшеничная- 0,3 кг, сухофрукты- 0,2 кг,  молоко сгущённое- 1 кг,  мука картофельная- 0,15 кг. Для дошкольных детских домов и интернатных групп детских садов нормы мяса были увеличены на 200 гр., жиров- на 200 гр., сахара- на 300 гр., хлеба печёного на 1,5 кг. Для школьных детских домов продовольственные нормы также были несколько увеличены14.

Внимание и забота  о детях уделялась и областным руководством. 13 ноября 1941 года Леноблисполком принял решение об организации детских столовых для питания детей, нуждающихся семей, красноармейцев и партизан. В соответствии с ним в Парголовском, Всеволожском и Слуцком районах и городах Сестрорецке и Ораниенбауме открывались специальные детские столовые для питания детей. Общий контингент детей, питающихся в столовых составлял 3500 человек. В месяц на одного ребёнка полагалось по нормам закладки продуктов: крупы или макарон- 1800 гр., масла- 300 гр., муки- 180 гр., сахара- 210 гр., мяса- 200 гр15.

Наряду с проверками состояния питания в рабочих столовых уделялось внимание и столовых детских садов. Так, в феврале 1943 г. Были проведены широкомасштабные проверки продовольственных и промтоварных структур в Ленинграде. Это касалось распределения промышленных товаров  и продовольственного снабжения. Совместные бригады ответственных работников советских и партийных органов города выявили массу злоупотреблений и прежде всего таких, как: расхищение, разбазаривание, обвешивание, обсчёт, завышение контингентов питающихся и др. например, в детском саду № 6 Октябрьского района повар только за один день обворовала детей на 2,3 кг рисовой каши, 240 гр. сыра, 250 гр. хлеба, 400 гр. конфет и 100 гр. масла сливочного16. Наименование этих продуктов уже убедительно свидетельствует о том, что власти города предпринимали все меры к тому, чтобы улучшить питание детей. И это в то время, когда доставка продуктов в город была ещё значительно затруднена. В это же время местная пищевая промышленность производила ряд продовольственных товаров из различных смесей и суррогатов, как например: колбаса мясорастительная, студень из белковых дрожжей; паштеты и колбасы из белковых дрожжей; молоко солодовое; сметана казеиновая; котлетная масса из соевого шрота и белковых дрожжей; желе из водорослей; фарш из рыбных отходов и т.д.17

Совместное постановление Ленгорсовета и бюро ГК ВКПб от 28 февраля 1943 г. определило целый ряд мер по устранению выявленных грубых нарушений в продовольственном  и промтоварном снабжении и потребовало от начальника Управления милиции Е.И. Грушко, а также военного прокурора  Панфиленко  и других ответственных лиц провести расследование и передать дела для рассмотрения в судах.

 Несмотря не все тяжелейшие трудности, связанные с вражеской блокадой, жизнь  в городе продолжалась. Работали кинотеатры, ставились спектакли в театрах, дети учились, была любовь, рождалось новое поколение. В 1942 г. в районах Ленинграда было зарегистировано 3108 браков и 617 разводов. В том же году родилось 13677 детей, к сожалению 233 из них были мёртворождённые, следовательно, живых родилось 1344418. В 1943 г. по тем же районам родилось 7745 детей, в том числе 162 мёртворождённых19. Представляет интерес, что мальчиков рождалось больше, чем девочек. На 100 родившихся  девочек приходилось 105,4 мальчика. 60 % новорождённых в 1942 г. средний вес имели всего 2,5 кг, в то время как впервой половине 1941 г. он составляя 3100 гр - 3200гр20. Аналогично этому было с весом новорождённых и в 1943 г., правда с некоторым его повышением.

На протяжении всех блокадных лет перед органами власти Ленинграда стояла одна из сложных задач - предупреждение детской беспризорности. Пожалуй, органы советской власти блокадного города острее понимали возникшую проблему, связанную с детской беспризорностью и безнадзорностью.  7 января 1942 г. исполком Ленгорсовета принял специальное решение №59 «О борьбе с детской безнадзорностью»21. В нём предлагалось райисполкомам усилить внимание и заботу о детях, лишившихся родителей, обеспечить направление их в детские дома, назначение патронажа, опеки и проведение других мероприятий по предупреждению и ликвидации безнадзорности детей. В соответствии с этим решением создавались 17 новых детских домов (по одному в каждом районе города, а в Октябрьском- 2)22. Однако в связи с резким увеличением таких детей вынуждены были открыть ещё 23 дома с общим контингентом 5550 человек. К марту 1942 г. число детей в 98 детских домах достигло 14300 человек23.

В Ленинградской области на 1 июля 1944 г. имелось 44 детских дома с контингентом 3770 детей, из них 16 детдомов были открыты в освобождённых районах. С образование Новгородской и Псковской области от Леноблоно отошли 23 бюджетных детских дома с количеством детей 3800 человек и 5 колхозных детских домов (250 детей)24.

Следует особо отметить, что горисполком ответственно отнёсся к серьёзной этой работе и определил ряд организационных мероприятий: - создание при исполкомах районных советов комиссий по борьбе с детской беспризорностью и безнадзорностью; - создание сети детских приёмников НКВД; - организация оперативного информирования  РОНО о каждом случае беспризорности и безнадзорности ребенка; - создание широкой сети детских домов для детей школьного возраста; - направление подростков в первую очередь оставшихся без родителей в ремесленные училища и школы ФЗО; широкое привлечение работников РОНО с участием комсомола, медработников, а также актива домохозяйств к проведению сплошных проверок по домам к выявлению беспризорных и безнадзорных детей.

Важное значение для местных органов власти в работе по сохранению детей и подростков имело постановление СНК СССР №75  от  23 января  1942 г. «Об устройстве детей, оставшихся без родителей и об усилении борьбы с детской безнадзорность». На основании данного постановления Ленгорисполком 13 февраля того же года принял решение «Об устройстве детей, оставшихся без попечения родителей», которым обязал председателей исполкомов райсоветов до 25 февраля в каждом районе города создать детские приёмники- распределители НКВД на 100-150 коек25.

Уже в феврале 1942 г. в каждом районе города были организованы детские приёмники- распределители УНКВД. Со дня их открытия и до конца 1942 г. через них прошло 26750 детей. Детские приёмники были полностью укомплектованы педагогическими, медицинскими и техническими работниками и оборудованы необходимым инвентарем и посудой.

Количество беспризорных и безнадзорных детей в городе, как и в стране в целом продолжало расти. Поэтому НКВД СССР разрешил повсеместно за счёт местного бюджета с 22 сентября 1942 г. открыть детские комнаты милиции и вводить в них штатные должности инспектора и его помощника.

23 января 1943 г. СНК СССР принял постановление «Об устройстве детей, оставшихся без родителей и об усилении борьбе с детской безнадзорностью», которым обязал органы советской власти организовать работу по выявлению таких детей и создание для них необходимых жизненных условий. Наряду с другими органами эта задача возглавлялась на  НКВД СССР. В соответствии с этим постановлением управление НКВД по Ленинградской области организовало данную работу и постоянно держало её на контроле.

НКВД СССР неоднократно обращал внимание руководителей на местах на улучшение работы с детьми, оставшимися без родителей. 7 февраля 1943 г. своим приказом  «О мерах по усилению борьбы с детской беспризорностью» начальник   УНКВД  П. Кубаткин обязал замначальника УНКВД по милиции Е.И. Грушко:а) обеспечить выявление и изъятие беспризорных и безнадзорных детей, организую систематические обходы мест их возможного пребывания; б)возобновить при отделениях милиции работу детских комнат, обеспечив в них необходимый санитарный минимум. Содержание задержанных детей вместе со взрослыми - запретить; в)  обеспечить тщательную фильтрацию задержанных детей, и тех их них, которые не имеют родителей, направлять в ближайшие детские приёмники - распредлители26.

Число выявленных и задержанных беспризорных и безнадзорных детей постоянно росло и мест для их содержания было не достаточно. СНК СССР 15 июня 1944 г.  принял постановление за № 12825-р, которым обязал органы НКВД организовать дополнительные детские комнаты при городских отделах милиции и при отделениях транспортной милиции27.

Транспортным отделениям НКВД Октябрьской железной дороги было предложено силами железнодорожной милиции: а) организовать выявление и изъятие беспризорных и безнадзорных детей на вокзалах; б) провести  сплошную проверку вагонных парков и других железнодорожных сооружений, а также проверку поездов. Все задержанные дети после проверки подлежали направлению в детские приёмники- распределители НКВД28.

СНК СССР 15 июня 1943г. принимает новое постановление за № 659 «Об усилении мер борьбы с детской беспризорностью и безнадзорностью и хулиганством»  и вновь обязал органы НКВД активнее включиться в работу по выявлению фактов детской беспризорности, обращая внимание, что это один из серьезных каналов роста преступности.  25 июня 1943 г. НКВД своим приказом за № 001088 «О мероприятиях по усилению борьбы с детской преступностью и хулиганством» потребовал в составе отделов уголовного розыска Главного Управления милиции НКВД СССР создать отделения, а в управлениях милиции – отделения и группы по борьбе с детской преступностью и хулиганством. В Ленинградской милиции  такое отделение было создано в количестве 12 человек29.

Создание новой структуры в системе уголовного розыска позволило сосредоточить оперативную работу среди подростков и выявить немало фактов и участия в преступлениях. Значимость этой работы привела к тому, что через месяц 23 августа 1943 г.  при управлении Внутренних дел Ленинградской области был создан отдел по борьбе с детской беспризорностью и безнадзорностью, состоящих из 2 отделений30.

Циркуляром УНКВД ЛО №21 от 20 июня 1943 г. ответственность за борьбу с детской беспризорностью и безнадзорностью, устройство детей, оставшихся без родителей, возлагалась на начальников районных отделов НКВД ЛО. Следует особо отметить, что во всех приказах и циркулярах по вопросам борьбы с безнадзорностью детей подчёркивалось заботливое отношение к ним, уделение отеческого  внимания и доброты. В целях усиления борьбы с растущей в условиях войны беспризорностью органами внутренних дел проводились мероприятия  по выявлению и определению в соответствующие организации таких детей до 16 летнего возраста. Основными направления данной работы являлись: 1) совместный с общественностью обход сотрудниками милиции мест скопления детей; 2). работа патрульных и постовых по изъятию детей в процессе осуществления патрульно-постовой службы; 3) выявление безнадзорных и беспризорных детей участковыми уполномоченными на обслуживаемом участке; 4). задержание детей специальными детскими пикетами милиции в процессе проведения операций; 5) обнаружение безнадзорных детей путём обхода квартир, работы в очагах поражения постами комсомольского полка по охране революционного порядка и др.

Деятельность органов внутренних дел по ликвидации детской беспризорности и безнадзорности в годы войны заключалось в выявлении и изъятии безнадзорных детей с улиц и других общественных мест, привлечение к этой работе общественности. Эта работа в Ленинграде велась активно, постоянно и систематически. Но тяжёлая обстановка военных лет вызывала рост безнадзорности и беспризорности детей, что в свою очередь способствовало и росту преступности среди несовершеннолетних.

По постановлению  СНК СССР наряду с детскими колониями  были созданы трудовые воспитательные колонии для несовершеннолетних в возрасте от 11 до 16 лет. В них направляли беспризорных и безнадзорных за мелкое хулиганство, мелкие кражи и другие незначительные преступления, тех, возбуждение уголовного преследования,  против которых признано нецелесообразным, а также  воспитанники детских домов,   исключительно нарушающих распорядок, дезорганизующие учебный и воспитательный процесс в детском доме. Это были закрытые учебно-воспитательные учреждения, отличающиеся от обычных детских домов более строгим режимом. Трудовые воспитательные колонии создавались в основном на базе школ и ремесленных училищ, переданных УНКВД Управлением трудовых  резервов.31

Нельзя не отметить, что уже летом 1942 г.  начался обратный приток детей- подростков из-за Ладожского озера. Все они немедленно попадали в приёмники- распределители. После надлежащего осмотра и карантина дети от 14 лет направлялись  непосредственно на производство или в ремесленные училища, а дети младших возрастов возвращались в детские дома.

Органы милиции задерживали всех детей, находившихся на улице без родителей после 21 часа. На рынке выделялись специальные патрули, создавались пикеты при отделениях милиции из молодёжного актива32. В условиях нехватки приёмников- распределителей органы милиции были вынуждены оперативно решать вопросы эвакуации детей и патронирования. Эта работа находилась под постоянным контролем и влиянием партийных, советских органов власти и общественности.

О масштабах деятельности подразделений УНКВД Ленинграда и Ленинградской области, непосредственно осуществляющих функции борьбы с беспризорностью и безнадзорностью, говорят следующие данные: только за 1944 г. с улиц и других общественных мест города  и области органами внутренних дел было изъято 66629 беспризорных и безнадзорных детей33.

 


[1] Нюрнбергский процесс: Сборник материалов (далее МНП. Вар.1). М.: Юридическая литература, 1991. Т.1.С.597-598, Т. 2. С.224; Т.5. С.84-85; Т.8. С.399

[2]См.: А.Дюков.  За что сражались советские люди. «Русский не должен умирать». М.: Яуза. Эксмо, 2007. С.72

3Центральный  Государственный архив СПб (далее ЦГА СПб) Ф.7384. Оп. 18. Д. 1420. Л. 185-187

4Из районов областей сообщают… Свободные от оккупации районы Ленинградской области в годы Великой Отечественной войны. 1941- 1945 гг. Сб. документов. / От. ред. А.Р. Дзенискевич. СПб., 2005. С.18-19

5Там же.

6Там же. С.571

7Там же. С.31-40

8Известия ЦК КПСС. 1990. № 9. С.206-207

9Правда. 1981. 22 янв.

10Ленинград в осаде. С.301-305

11Из районов области сообщают. С.32-34

12Ленинград в осаде. С.276

13Там же. С. 590

14Там же. С. 226-227

15Из районов области сообщают… С.191-192

16ЦГАИПД. Ф.25, оп.2.Д.4687. л.82

17ЦГАИПД. Ф.25,Оп.2,Д.4701, лл.75-76

18Ленинград в осаде. С.317

19Там же. С.352

20Там же. С.308-309

21Бюллетень Ленгорсовета. 1942. №1-2. п. 4

22ЦГА СПб. Ф.7384. Оп. 18. Д.1436. Л.45

23Ленинград в осаде. С.344

24Из районов области сообщают… С.557-562

25ЦГА СПб. Ф.7384. Оп.18. Д.1438. Л.121-121 об.              

26Там же. Д.94. Л.12

27ОСФ ИЦ ГУВД СПБ и ЛО.Ф.2,Оп.1,Д.58,л.277

28Смирнова Н.В. Органы внутренних дел в борьбе с детской беспризорностью и безнадзорностью / МВД России. 200 лет. Ч.3 под ред. Латышева О.М., Сальникова В.П. Спб., 1998. С.48

29ОСФ ИЦ ГУВД СПБ и ЛО. Ф.2, Оп.1, Д.52. лл.295,296

30ОСФ  ИЦ ГУВД СПБ и ЛО. Ф.2,Оп. 1, Д.93, л.122

31См.: Плахутина В.Т. Незвитан Г.В. Развитие органов внутренних дел Казахстской ССР в годы Великой Отечественной войны (1941-1945гг)  Караганда КВД МВД СССР, 1982. С.63

32ОСФ и РИЦ ГУВД СПБ и ЛО. Ф. 1.Оп. 1. д. 177. Л.72

33См.: Смирнова .В. Деятельность органов НКВД МВД в борьбе с беспризорностью и безнадзорностью несовершеннолетних в Ленинграде и Ленинградской области (1941-1945 гг.) . Автореферат дисс. Кандидата юридических наук. СПб, 1977. С.18